«Пришла к нам правда не от Петра и Павла, а от Воскресения в Кадашах» - говорили в старой Москве.


Что же это за Воскресение в Кадашах, и почему от него пришла в Москву правда? Кадаши, Кадашевская слобода – названия, напоминающие нам о средневековой Москве. Село Кадашёво впервые упоминается в документах в 1504 году, жили там мастера, которые делали кади: бочки и кадушки. Село располагалось на низком берегу Москвы-реки прямо напротив Кремля. К началу 17 века Замоскворечье состояло из множества слобод – селений подле города. В слободах проживали люди, занимавшиеся одним промыслом. Кадашевская слобода была одной из самых больших и примечательных в древней Москве. На месте дворцовых бондарей, катавших бочки, со временем поселились государевы ткачи и швеи, которые выплетали и расшивали узорами скатерти, простыни, полотна для дворцового обихода. Попасть в слободу, состоявшую в ведении приказа царицыной мастерской палаты, было очень почетно, мастерам выделяли наделы, разрешали вести торговлю и промыслы. В слободе стояла деревянная церковь – называли ее «что на Грязех». Дело в том, что церковь стояла близко к болотистому берегу и страдала во время разливов Москвы-реки.


Кадашевскоя слобода была самой богатой из московских слобод, ткачи имели большие льготы. Они настолько оберегали секреты своего мастерства, что не отдавали своих девушек замуж в другие слободы, чтобы сохранять традиции и опыт из поколения в поколение. Многие кадашевцы занимались торговлей и стали купцами самых разных гильдий. Процветанию торговли весьма способствовало выгодное расположение слободы между двух дорог: на Серпухов и на Коломну. У достаточно зажиточных ремесленников были средства для постройки каменного храма в Кадашах. Строительство началось в 1687 году на деньги местных купцов – отца и сына Добрыниных. Вы только вслушайтесь в имена храмоздателей: Кондрат Маркович и Лонгин Кондратович. К этому времени уже была перестроена на каменную благолепная церковь у Кадашевской слободы – храм Григория Неокесарийского на Полянке. Правда, возведен этот храм был на средства царя Алексея Михайловича.


Храм в Кадашах был освящен в честь Светлого Христова Воскресения. Это самый старый из трех пасхальных храмов Москвы, имеющих такое посвящение. Два других: церковь в Андреевском монастыре на Воробьевых горах и храм Воскресения Христова в Сокольниках. Остальные Воскресенские церкви Москвы освящены в честь Воскресения словущего, т.е. праздника Обновления храма Воскресения Господня в Иерусалиме. История не сохранила имя зодчего прекрасной Вознесенской церкви в Кадашах. Предположительно, им был колокольный мастер Сергей Турчанинов, близкий к патриарху Никону. Стройная колокольня храма на долгие годы стала главной вертикалью и самой высокой постройкой Замоскворечья. В народе ее называли Большой московской свечей. Храм делился на два яруса: строгий нижний и торжественный красиво украшенный верхний. Возле куполов украшение становилось витиеватым и особенно насыщенным.


Богато декорированный храм занял особое место в иерархии московских храмов, его статус определялся порядком звона колоколов. Колокольный звон в Москве начинался с удара Ивана Великого, вторым звонил колокол в Кадашах, и лишь после этого перезвон подхватывали все посадские храмы. Взаимодействие колоколов друг с другом давало неповторимый эффект. Звук колоколов распространялся на большие расстояния, длился, постепенно угасая, и невозможно было сказать, когда люди переставали его слышать. Кадашевские колокола обладали уникальным звоном. Главный колокол весил 6 с половиной тонн и был отлит в 1750 году на средства прихожанина храма владельца шелковой фабрики Ивана Садовникова.


Конец привилегированного положения Кадашевской слободы наступил во времена Петра I. Царский двор переехал в Петербург, на смену угасавшему слободскому укладу пришло купечество, храм стал приходской церковью. В 1812 году в храме французы устроили конюшню, а перед уходом из Москвы здание подожгли. Огонь распространился на колокольню и внезапно потух – церковь уцелела. А в 1830-х годах в Москве появилось достаточно странная пословица про правду от Воскресения в Кадашах. Почему же выражение «Пришла к нам правда не от Петра и Павла, а от Воскресения в Кадашах» пришло на смену другой пословице? Ведь почти полтора века московский люд повторял, что «правда к Петру и Павлу ушла, а кривда по земле пошла». Дело в том, что в петровские времена у церкви Петра и Павла в селе Преображенском был застенок, где «правду» выбивали жестокими пытками. В 1843 году московской городской головой был избран Андрей Петрович Шестов, который жил в Кадашевском приходе. Он вошел в историю редким качеством – сам не воровал и другим не давал. Шестов строго следил за тем, чтобы ни купец, ни мещанин, задержанный полицией, не был окончательно обвинен без приговора общества и его головы. Так и стала правда приходить не от Петра и Павла, а от Воскресения в Кадашах.


Славу Кадашевского храма во все времена умножали его ктиторы. В особом ряду стоит ставший святым мирянин – предприниматель, который был прихожанином и благотворителем храма. Дальше будет рассказ о практически забытом «колбасном короле» старой Москвы Николае Григорьеве. Николай – выходец из крепостного сословия. Он родился в деревне Угличского уезда, с 10-ти лет обучался колбасному делу в Угличе, в Москве начинал разносчиком пирожков в Охотном ряду. В 1878 году уже став купцом 2-ой гильдии Григорьев купил заброшенный колбасный завод со всеми при нем жилыми и нежилыми строениями и землей в Кадашевском переулке.


В начале 20 века фабрика Григорьева стала крупнейшим колбасным производством в России. Работали на фабрике 300 человек, в основном, земляки Григорьева из Ярославской губернии. В 1911 году на ее долю приходилась почти половина мясной продукции, производимой в Москве. Все дома около храма Вознесения Христова в Кадашах принадлежали Григорьеву. Там жил он сам и рабочие фабрики, была столовая, прачечная и медпункт. Подвалы служили для хранения мясной продукции. Купец помогал Кадашевскому храму – каменные лестницы на второй этаж, которые существуют до сих пор, были построены на частные вклады, самый крупный из них был Григорьевский. Роскошные чугунные плиты на полу храма – тоже благое дело Николая Григорьевича.


Григорьев построил больницу в родном селе и церковь в соседнем селе Сергиевское. Конец земной жизни благотворителя превратился в кромешный ад. В 1918 году фабрику конфисковали, сыновей арестовали, жена умерла от горя. 75-летний Николай Григорьев был объявлен лишенцем и обречен на смерть – он был сослан в Углич без крыши над головой, без источника дохода. Голодный худой оборванный старичок пытался просить милостыню. Местным жителям запретили давать ему кров и пищу. Умер Николай Григорьевич от голода и холода на опушке леса по дороге в построенный им храм в Сергиевском. Местные жители втайне похоронили его у стен храма.


В наши дни Николай Григорьевич Григорьев причислен к новомученикам российским как пострадавший за веру и погибший из-за притеснения властей. А что же колбасная фабрика? Оставшаяся без хозяина она постепенно пришла в упадок. Мясное производство на фабрике Григорьева после ее национализации в 1918 году так и не восстановили ввиду общей разрухи в стране. В 1950-х годах там работала мебельная фабрика и Московский экспериментальный консервный завод, выпускавший сухие концентраты. И если сухие концентрата многие еще помнят, то про фабрику Григорьева никогда не слышали. В 1990-х годах промзона у храма была закрыта, а полуразрушенные корпуса много лет стояли в центре Москвы – исторической охранной зоне.


В 1993 году храм в Кадашах по указу Ельцина должны были передать приходу, который уже год проводил службы в бывшем каретном сарае. Храм к тому времени занимал Реставрационный центр имени Грабаря, который не спешил покидать здание. Не год и не два – целых 12 лет приход не мог пользоваться храмом. 2 августа 2004 года прихожане закрыли доступ сотрудникам Реставрационного центра на территорию и выиграли первую битву за Кадаши. Во втором противостоянии против строительства офисно-жилого комплекса шестиэтажных зданий на территории бывшей колбасной фабрики победа была временной. В 2010 году стройку остановили: прихожане и активисты буквально рисковали жизнью, не подпуская строительную технику. Однако, в 2019 году квартал рядом с церковью Воскресения в Кадашах все равно был застроен. Правда, дома в сверхдорогом комплексе в центре Москвы возвели пониже, чем планировалось ранее – всего 2-3 этажа. Старинные здания были снесены. Сохранилась лишь одна стена колбасного завода около храма, на которой висит икона мученика Николая Григорьева.


В 1934 году в момент закрытия храма с колокольни сняли 14 колоколов. Уже в 1990-х годах выяснилось, что часть колоколов находится … в Большом театре. Звонят в «Борисе Годунове». На этом основании театр отдавать колокола отказывается: дескать, нужны в исторических постановках. Такие бесценные декорации, в принципе не рассчитанные на небольшое замкнутое пространство. Колокола должны быть возвращены на историческую колокольню. Сейчас здесь висят разные колокола, пожертвованные храму в последние годы. Некоторые колокола совсем случайные: один – с железнодорожной станции, другой – от пожарной части. Был даже чугунный, не подходящий для колокольного звона в храме, где нужны колокола из бронзы. Необходимо не только вернуть колокола, но и восстановить уникальный высокий иконостас верхнего храма, завершить многолетнюю реставрацию храма.


Благочестивые праведные люди, которые строили храм и помогали ему, делали щедрые пожертвования на его благолепия, достойны памяти и благодарности. Мы верим, что время благотворителей не прошло. Для обустройства колокольни Воскресенский храм объявил сбор пожертвований. Интересно, смогут ли жители элитного квартала, построенного в Кадашах, изыскать лишние 120 тысяч рублей на текущий ремонт в колокольне?


Обязательно приходите в Воскресенский храм, чтобы прикоснуться к истории жемчужины Замоскворечья, почувствовать его особую атмосферу и намоленность. Рассмотрите причудливые белопенные украшения на колоннах, оплетающие храм как живые растения. Поднимитесь на гульбище второго яруса храма, полюбуйтесь на цветущие кадашевские кактусы.


Для спасения души приходите в Кадаши!

Москва, 2-й Кадашевский переулок, дом 7, Храм Воскресения Христова в Кадашах